Алексино: руины культурного наследия Смоленщины

Евген Гаврилов
Дикие туристические тропы, которым не суждено возродиться

История России, пожалуй, слишком богата на события, имена и сохранившиеся до наших дней отголоски прошлых веков. Иначе как объяснить тот факт, что даже в странах третьего мира власти трясутся над каждым булыжником, перешагнувшим столетний рубеж, а у нас в центре любого города можно встретить никому не нужные осыпающиеся купеческие дома. А стоит выехать в область, количество объектов, при взгляде на которые слезы на глаза наворачиваются от их состояния, превышает любые мыслимые пределы. Наши постоянные читатели вспомнят, думается, наш туристический «версус» — серию сравнительных материалов «Смоленск VS *место для названия городаПутешествие по весеннему БрянскуЧище, но запутаннее, больше, но скучнее, моложе, но не современнее Смоленска». Продолжение, без сомнения, скоро будет, благо, городов, про которые есть что сказать, в запасе еще хватает.

Но давайте сегодня не станем искать «соринки» в чужих городах-регионах, а обратим внимание на свои собственные «брёвна».

Мы периодически находим и посещаем места Смоленской области, где жизнь давно перестала иметь какое-либо значение, оставляя на суд времени брошенные теперь уже памятники архитектуры, в рамках «домашних» поездок «Потерянной Смоленщины». Итак, знаменитая и в какой-то мере легендарная Усадьба Барышниковых, д.Алексино Смоленской области.

При слове «усадьба» у смолянина возникает образ величественных сооружений, где некогда устраивались роскошные балы, в ухоженных садах прогуливались сливки общества царской России. Но это в идеале. На самом же деле, для большинства из нас слово это ассоциируется с руинами, остатками былой роскоши, разбросанными по деревням и селам и доживающими свой век в запустении, удерживаясь лишь добротными стараниями мастеров-строителей прошлого. Конечно, есть у нас и чем гордиться, но на фоне списка заброшенных усадеб, пребывающие в здравии Хмелита, Герчики или, там, Новоспасское теряются. Сегодня же мы отправимся в одну из самых известных у любителей заброшек усадеб — комплекс Барышниковых, в селе Алексино Дорогобужского района. Историческую сводку, что это и с чем оставшееся «едят», всегда можно почитать в Википедии, наш же бложик путешественника рассчитан на эмоции и впечатления от вылазки.

Отправиться в путь решили по Старой смоленской дороге и очень быстро прокляли все на свете. Привычный уже к городским дырам, простите, дорогам, глаз, конечно, успевал объезжать отдельно расположенные ухабы, но когда все полотно представляет собой стиральную доску, хороших эмоций от только начавшейся поездки остается все меньше с каждым километром. Правда, страдания была вознаграждены практически сразу, когда за очередным поворотом показалось основное здание усадьбы.

Несмотря на дождь и весьма прохладную погоду, субботнее утро привело в эти края еще несколько таких же путешественников — одна машина стояла возле усадебного «сердца» с московскими номерами, еще у двоих блестели каплями цифры «67». Несмотря на то, что при себе всегда имеется журналистское удостоверение, местных тревожить лишний раз не хотелось — красноречивые таблички «объект под охраной», конечно, внушали крайне мало опасений в виду любезно распахнутого возле центрального входа окошка с подставленным стульчиком. Но все равно мы старались вести себя тихо.

Бродя по помещениям, глаз выискивал детали, за которые можно было бы зацепиться и сфотографировать и, в отличие от многих заброшенных усадеб, здесь этого добра хватало.

Любезно повешенный кем-то на стене календарь из вежливости не срывают вот уже пять лет.

Интересное решение с колоннами внутри здания.

Совершенно пустых комнат практически не было, в каждой на чем-то да останавливался взгляд — будь то красивый вид из окна на липовые аллеи или сохранившаяся лепнина на потолке.

Снаружи здание смотрится достаточно большим, но в кажущимся поначалу сложным лабиринте помещений очень быстро ориентируешься. Конечно, во многом тут вина лежит на замках, украшающих некоторые двери — очевидно, что часть комнат еще что-то скрывает от пытливых дикарей-туристов. Вламываться и нарушать покой старинного дома мы не стали, и так хватает, на что посмотреть.

Жалко. конечно, видеть запустение, в котором простаивают не топленные десятилетиями печи.

Зато кто-то тут явно топил свою печаль если и не в вине, то в пиве уж точно.

На каком-то истлевшем бланке покрытое пылью крыло бабочки... безысходность.

Пожирающая стены плесень заставляет все осторожнее смотреть под ноги и озираться по сторонам — скрипящий пол прогибается под тяжестью шагов, рискуя проломиться.

Аварийное состояние настигло пока не весь верхний этаж, с некоторой осторожностью, но все же можно выйти на балкончик, расположенный под самой крышей. Вид открывается волшебный, даже не смотря на все еще чернеющие из-за припозднившейся весны ветки деревьев.

Кстати, если взглянуть на окрестные пруды с высоты птичьего полета, можно увидеть, что они расположены в форме огромной подковы. Конюшни местные, увы, сохранности прудов не соответствуют — проваленные крыши, растрескавшиеся стены.

По хорошему, такого рода усадьбы можно бы даже и не восстанавливать в первозданном виде. Классического плана музеев в стране хватает. А вот сделать «окультуренную руину» — чтобы заезжие гости могли наблюдать последствия жизни зданий без вмешательства человека, но... как бы это объяснить? В законсервированном виде, что ли? Появись рачительный хозяин с прогрессивным взглядом на культуру т.н. «сталкерства», да вложись в сохранение текущего состояния усадьбы — было бы куда интереснее. Не нужно разрушаться больше, но можно взглянуть без опасения, что на голову упадет кирпич, на покинутые всеми купеческие и дворянские жилища.

Правда, часть комплекса уже под сталкерский музей никак не отдашь — остатки Андреевской крепости давно облюбованы местными жителями, соорудившими пристройки к ее стенам и преспокойно живущими в двухсотлетних строениях.

Аисты тоже вольготно чувствуют себя в этом тихом местечке, многие крыши украшают их размашистые гнезда.

Стараниями жителей села Алексино здесь вырос настоящий музей сельхозтехники. В большинстве своем сломанной или по запчастям.

Величественная церковь Михаила Архангела щеголяет фигурно погнутыми решетками. Несколько лет назад здесь можно было пролезть внутрь и увидеть фамильный склеп Барышниковых. Сегодня сунувшийся сюда путник рискует либо вытереть всю одежду о ржавчину загородок, либо и вовсе застрять.

Утопающие в зелени сельские улочки, между которыми скрывается одна из самых известных заброшенных достопримечательностей Смоленской области, соответствуют окружающему их наследию. Время здесь будто замерло. Кризис? Какой кризис? Уют создается любящими руками хозяев, а не деньгами. И здесь эта атмосфера чувствуется за каждым заборчиком, у каждой скульптурки, выставленной местными в своем дворе.

Встречаемые нами люди совершенно спокойно реагировали на чужаков — тут давно привыкли, что к ним в село наведываются приезжие. Интересно, жив бы был дух советского коллективизма, да помоложе были бы селяне, возможно ль было общими усилиями помочь усадьбе выиграть в борьбе со временем? Спасти ускользающую красоту XIX века, чтобы еще не одно поколение алексинцев провожало взглядами приезжающие машины?

Использованы материалы следующих авторов:

Фотографии в материале: Евген Гаврилов

Разрядка в «Зарядье» от ритма мегаполиса

Евген Гаврилов

Заметки «однодневного» туриста о миллиардах, посаженных в землю.
Предвосхищая извечную фразу в комментариях «а при чем тут Смоленск», дадим понять сразу — ни при чем. Разве что данный материал расскажет жителям нашего города, любящим путешествовать в столицу, о том, стоит ли тратить время на распиаренный во всех московских СМИ проект общественного пространства — парк «Зарядье». Спойлеров будет много, поэтому пристегните ремни, мы влетаем в самую гущу 13 гектаров в сердце одного из самых дорогих городов мира.

...

На одного поэта миллионера - миллион поэтов по рублю

Евген Гаврилов

Столичные критики о современной литературе, востребованности и смоленских поэтах.
За что стоит любить свою работу, так это за возможность пообщаться с интересными людьми, чьи речи не утрачивают актуальности даже спустя годы. В отличие, например, от чиновников, слова которых уже через пару дней можно забыть, перефразировать, а еще лучше — утилизировать, если не успел выдать своевременно про них статью или новость. К чему это отвлеченное вступление? Все просто — член редколлегии журнала «Новый мир» Ольга Ильинична и

...


наверх