Евгений Вольнов: «Путинский режим сжег детей»

Алексей Костылев
Большое интервью с украинским пранкером

Большой аудитории в России тема информационной войны на территории Беларуси либо не известна вовсе, либо кажется несерьезной и даже смешной, как тому же Олегу Кашину, который высмеял наш позавчерашний пост у Караульного. Однако тема эта имеет место быть, в братской республике покупаются и продаются паблики и ведется пропаганда (антилукашенковская и антироссийская), при том, не самими белорусами, а жителями их южного соседа. Так печально известный по новостям о трагедии в Кемерово пранкер Евгений Вольнов оказался владельцем топового сообщества «Типичный Витебск» — можете догадаться, что там за новости выходят на аудиторию в десятки тысяч человек ежедневно. Без шуток, прямо сейчас разворачивается настоящая информационная битва за Витебск — сегодня вечером местные сообщества объединились (!) и выступили с единым заявлением о бойкоте Типичного Витебска. В нем витебские админы призывают аудиторию не поддерживать главный городской ресурс в ВК и поддержать петицию о его закрытии (подробнее о бойкоте — здесь Городские сообщества объявили бойкот "Типичному Витебску"Админы считают, что глумление над жертвами трагедии в Кемерово со стороны владельца "типички" - неприемлимо ).

Немного поясним. Наш интернациональный медиапроект Readovka имеет помимо прочего и собственную площадку в Белоруссии — «Важное в Витебске» и сайт readovka.by, которой занимаются ребята живущие в Витебске. В процессе работы над ними нам неоднократно приходилось взаимодействовать с центральным игроком в Витебске, сообществом «Типичный Витебск», вернее, его админами. Потому, когда после трагедии в Кемерово владелец «типички», Евгений Вольнов стал глумиться над обстоятельствами гибели детей, между нами вновь завязался диалог. Скриншоты с ним мы уже публиковали ранее, их так же подхватили другие белорусские издания, что уже принесло определенную славу украинским владельцам сообщества в самом белорусском городе:

Конечно, по итогам наших публикаций о Вольнове (почитать, к примеру, можно здесь "Наказание должно быть строгим"Рамзан Кадыров готов принять участие в судьбе пранкера Вольнова ), после того, как мы начали распространять петицию с призывом заблокировать аморальное сообщество, с админами «Типичного Витебска» мы разругались в пух и прах. Однако самый главный наш вопрос, зачем весь этот ужас и варварство вокруг трагедии в Кемерово, так и остался без ответа. Потому вчера вечером и обратились к самому украинскому пракнеру и предложили ему поговорить как есть — он отвечает, мы публикуем. Разговор получился длинный, на два часа реального времени, и во многом состоял из самолюбования Евгения Павловича (как он попросил себя называть), потому приводим его в несколько усеченном виде. Впрочем, сама аудиозапись в распоряжении редакции имеется, при необходимости опубликуем и ее.

Скажем сразу, разговор этот получился интересным и вне рамок белорусского контекста (хотя как власти братской республики смиряются с тем, что одно из главных региональных медиа реализует повестку против «конченного диктатора», не совсем понятно). Здесь и про то, что Кемерово — это только начало, и дальше будет еще больше мести от Вольнова, и про постоянных частных заказчиков, которые не СБУ, но, почему-то, заказывают в основном антироссийские звонки, и про то, что свою деятельность Евгений Павлович считает равноценной (а то и выше) службе в зоне АТО. Ах да, еще Вольнов надеется, что «кемеровский кейс» заценят в ВСУ, и в дальнейшем вся антироссийская деятельность Украины будет производиться, так сказать, по его лекалам. В общем, если вам интересно, что это за человек этот Вольнов, что у него в голове, то вам будет интересно прочесть тот текст, что идет ниже.

— Я могу сказать, что в том же самом «Типичном Витебске» я такое количество ваты белорусской вижу, которые заявляют, что им не нужен белорусский язык. Нафиг не нужен, понимаешь? Это все следствие той самой оккупации Москвой, о которой я и говорю.Скажешь не так?

— Я не настолько читаю часто «Типичный Витебск»

— Ой, ну ты же прекрасно знаешь, что это за аудитория. Ты же прекрасно знаешь, что среднестатистический белорус может относиться лояльно к Кремлю, и делать это как ты говоришь несознательно.

— Что ты имеешь в виду под несознательно? То есть...

— Он, белорус, видел по телевизору: все так относятся и он так относится. А не потому что он провел анализ, и сделал какой-то свой вывод.

— Ты имеешь ввиду данность, или какие-то конкретные события?

— Смотри, мы в любом случае находимся все в некой единой ситуации, да? Например, после краха Кремля, ситуация в корне поменяется, ты же согласен с этим?

— Если честно, нет. Я считаю...

— То влияние Москвы, которое есть сейчас, оно настолько минимально, что его отсутствие никак не поменяет ситуацию. Я правильно тебя понимаю?

— Нет, я считаю что влияние Лукашенко — оно куда сильнее, чем внешние факторы.

— Ха, ну хорошо, окей. Очень будет интересно посмотреть, как это будет происходить на самом деле. Давай вернемся к теме. К этой ситуации со звоночком.

— Да, конечно, о звоночке. Просто, в контексте Витебска меня это интересует. Одно дело — реакция в Россия, другое — реакция в Беларуси. Ты же выкладывал пост со своим видео в «Типичный Витебск»?

— ДА.

— Ты выложил и какой реакции ждал? Другая страна все-таки.

— И что?

— А почему не в Польшу тогда?

— В Польше у меня нет паблика. Как куплю себе польский паблик, так буду.

— А зачем ты его покупал тогда?

— Информационная площадка, я занимаюсь траффиком.

— Тебе «Типичный Витебск» нужен именно для траффика?

— Слушай, а зачем владеют пабликами?

— Ну, я вижу это как масс-медиа, трансляция своей точки зрения, это весело. Деньги это, в конце концов.

— Ты видел много транслирования мной моей точки зрения?

— Не то чтобы совсем, но мягко говоря, иногда проскакивает. Я помню, ты стримил из Витебска. Это же ты был?

— Что?

— Стрим какой-то был...

— В Витебске Я?

— Или это админ какой?

— Эээээээ, не буду никак это комментировать.

— Давай вернемся к видео. Ты выдаешь это видео, нацеленное на Россию, на российский строй...

— Почему на российский строй? Подожди, о том п***е, который происходит в России, я хочу, чтобы знали все.

— На подконтрольных тебе площадках, правильно?

— Да не только, вообще. Вообще в принципе везде.

— Я имею в виду вот что. Если площадка твоя, то ты несешь за нее ответственность. Ты согласен?

— Слушай ты что, видел много политического материала, который бы я публиковал?

— Ну мне очевидна ангажированность «Типичного Витебска» против белорусской власти.

— Секунду. Моя позиция — позиция цивилизованного человека. В моей позиции нет ничего, что бы не соответствовало мировой позиции по отношению к режиму Путина.

— Ну мы же сейчас про Лукашенко говорим. Там критика и все такое.

— Ну а ты считаешь, что его не нужно критиковать?

— Критика критике рознь. Огалтелые мемасики про то, что он должен уйти

— Почему бы и нет? Свобода самовыражения, кто что хочет, тот то и говорит. Ну не нарушает закон, то почему бы и нет? Лол. А ты считаешь что диктатор не засиделся?

— Лукашенко?

— Ну а кто еще?! Он сколько лет уже у власти?

— Я считаю, что я в России живу, а у них там свои дела...

— Вот классная позиция, клаааснаая позиция.

— В той же Польше я понимаю меньше логики, чем в Беларуси. Мне не очевидны определенные мотивы админов «Типичного Витебска». Зачем это?

— Зачем что?

— Зачем нагнетать и стебаться над вещами, которые большинству людей кажутся ненормальными?

— Слушай, что значит большинству? Большинство людей — дураки. Начнем с этого. 80% - это несознательные инертные существа. Ну это правда, статистика. То что что-то им может не понравится — пусть им лучше не понравится картнка о том, что диктатор вроде засиделся, чем потом им не понравится отбывать срок в каком-нибудь ЛТП, да, я слышал, они у вас там еще сохранились.

— Что такое ЛТП?

— Такое репрессивное место с советских времен. Лечебно-трудовой профилакторий. Ну ладно, это отсылка к тому, что все-таки...

— Это ты наверное в книжках начитался. Я не знаю как у вас пропаганда работает...

— Ладно-ладно-ладно. Ты беларус, я правильно понимаю?

— Идентифицирую себя как русского.

— Аааа, тогда понятно. Так вот, ни один диктатор — это не есть хорошо, как бы не были длинными его усы, и как бы широко не улыбался его сын с золотым пистолетом, понимаешь?

— Конкретика. То что на «Типичном» — нормальная история: ты владеешь самым крупным сообществом в городе и транслируешь свою точку зрения без оглядки на мнение большинства людей, живущих в этом городе?

— Смотри. Я же не пытаюсь удовлетворить вкусы толпы. Я пытаюсь донести информацию, которая у меня есть.

— Ты же не сам ведешь сообщество. Ты говоришь свою точку зрения, админы у тебя кто? Ты им ежедневно говоришь что выкладывать, а что нет, или как?

— Редакционная политика не разглашается.

— Мне не интеерсна политика. Я спрашиваю про логику действий. Ты говоришь, что твоя позиция она такая. И она должна быть такой на всех твоих ресурсах, верно?

— Если я правильно тебя понял, ты считаешь, что я должен публиковать в витебском сообществе только то, что большинство его читателей считает правильным.

— С коммерческой точки зрения это было бы верно

— Там есть разные новости, если ты посмотришь, да? Там была попытка опубликовать посты, связанные с развитием белорусского языка, потому что я считаю что ситуация с белорусским языком в Беларуси просто жестокая, ужаснаякритичная наверное, я бы сказал. Ты наверное не используешь белорусский язык?

— Слушай, кто тебе рассказал про язык?

— Это мой личный опыт взаимодействия с белорусами и с Витебском.

— То есть они плохо говорят на белорусском?

— Они не то, что его плохо знают, они говорят: «он нам на х***й не упал». Можешь об этом писать, но это мнение причем разных людей.

— Почему не уделять внимание городским новостям?

— Там разные новости есть. В том числе и такие.

— Почему не проблема бездомных собак. Именно сегодня для горожанина она будет важнее.

— Я ориентируюсь на долгосрочные проекты.

— То есть на «Типичном Витебске» идешь к цели, чтобы все белорусы говорили на своем языке, были независимы от России и, как ты говоришь, стали цивилизованным обществом?

— Хорошо сказано, да.

— Цивилизованное общество — европейское государство, которое во глове угла ставит либеральные ценности, правильно?

— Гражданин в первую очередь. Во главе стоит гражданин и его интересы. Не диктатор и его интересы.

— То есть белорусы несвободны?

— Почему же, мы видели серьезные протестные выступления, которые заставили диктатора отменить свои тунеядские законы. В плане соцактивности положение в Беларуси куда лучше, чем в России.

— Ты не соотносишь себя с режимом Порошенко

— Какой режим, лол. Так, стоп — я действую в интересах своей страны.

— Тут пошла информация, что ты работаешь на СБУ. Это правда?

— Я думаю, что если бы я работал с СБУ, у меня бы было куда больше звоночков всяким высокопоставленным чувакам. Как это делается в случае с Вованом и Лексусом, которые работают на администрацию президента. Они звонят президенту беларуси — откуда у них номер?

— А деньги на покупку «Типичного Витебска» от рекламы на «Ютубе»?

— Какая реклама, эти ролики не подходят для монетизации.

— Откуда тогда деньги?

— Сотрудничество с частными заказчиками. Звонки на заказ.

— Ты женат?

— В общем, давай кароче. На все вопросы, на которые я хотел ответитть я отсветил. Очень я сочувствую Белоруссии, где хватает людей, которые не понимают, насколько губительные были произведены действия РФ по отношении к Беларуси. На к счастью, к всеобщему счастью, Кремль не вечен, и с его концом Беларусь получит возможность стать нормальным европейским государством без конченного диктатора и российской руки во всем, где только можно.

— Давай еще пару вопросов про Беларусь и закончим. Ты сказал, что в Беларуси более свободное общество, чем в России.

— Я считаю, что они смелее и больше готовы к активным действиям.

— Под активными действиями ты подразумеваешь?

— Все!

— Ну что все?

— Прежде всего — социальную активность.

— В соцсетях?

— Неееее, я имею в виду готовность действовать на общее благо.

— У тебя есть определенный госзаказ. Ты можешь мне не отвечать, но ведь так и есть?

— Какой госзаказ? Ты видел, чем занимается так называемое минин сейпшн? Это настоящий ***. Если бы я как-то мог управлять всем этим — это бы работало по-другому. Я по сути и есть этот отдел контрпропаганды.

— Слушай, я понял. Ты действуешь на опережение. Ты видишь, как работают ребята там у вас, в Украине, ты хочешь показать, как надо.

— Не, они работают из рук вон плохо и я не слежу за тем, что они делают. Я выполняю те функции, которые, по-хорошему...

— Я понял. А само слово инсепшн? Читаешь специализированную литру?

— Фильм такой был, не более.

— Тут пошла информация, что ты работаешь на СБУ. Это правда?

 — Я думаю, что если бы я работал с СБУ, у меня бы было куда больше звоночков всяким высокопоставленным чувакам. Как это делается в случае с Вованом и Лексусом, которые работают на администрацию президента. Они звонят президенту беларуси — откуда у них номер?

— Вопрос про Путина...

— Путин так боится Майдана, что стал убивать украинцев. Тот же Востриков публиковал ироничные мемасики про то, что если вам не нравится российский флаг в Крыму, Донецке и Луганске, мы его у вас поставим. А потом, этот же режим, который ставил эти флаги, сжег его же детей

— Считаешь ли ты себя СМИ?

— Довольно своеобразным СМИ, скорее журналистом, который пишет о том, что ему интересно.

Использованы материалы следующих авторов:

Кто владеет московскими кладбищами

Виталий Бойко

Как столичный ритуальный рынок заняли ставропольские бизнесмены — и при чем тут ФСБ. Расследование Ивана Голунова.
В мае 2016 года на Хованском кладбище в Москве произошла массовая драка. В конфликте, который сопровождался перестрелкой, участвовали от 200 до 400 человек; трое погибли. Это событие завершило передел московского рынка ритуальных услуг: вместо выходцев из подмосковных Химок, чьи попытки закрепиться в столице привели к столкновению на Хова

...

В Смоленск для соревнований приплыли корабли со всей России

Евген Гаврилов

Их еще можно застать на одном из водоемов.
Санкт-Петербург, Новороссийск, Владивосток, Калининград — города-порты России, где жители привыкли видеть на горизонте величественные громады боевых кораблей. Где даже рестораны и ночные клубы устраивают на палубах бывших фрегатов и корветов. Смоленск — хоть и стоит на реке, но давно уже не судоходен. Даже речной трамвай «Смоляночка» вот уже несколько лет как прекратил свои рейсы вдоль набережной. Но это не помешало 24 сентября на водной глади одного из наших водоемов засверк

...
Подписаться
Новости партнеров


наверх