Опять о пенсиях. А может, оно и к лучшему?

Алексей Костылёв
Михаил Тарасов о наболевшем, но нестрашном

Сегодня сборная России по футболу неожиданно (ожидаемо) крупно проиграла на чемпионате мира, накал страстей немного подугас и самое время вернуться к действительно самому главному, пусть и локальному, событию в России и для России этого лета. Это, конечно, тема повышения пенсионного возраста. Пока некой связной и осознаваемой реакции от российского общества услышать на это важнейшую реформу не удалось — да, доносятся отдельные возгласы, трубят бравурные гимны экономическому росты пропагандисты, а Навальный вновь (и вновь?) готовит свои митинги.

Сегодня же депутат Федоров (вы слышали о нем раньше?) сделал скандальное заявление, что, дескать, повышение пенсионного возраста — это достойная кара поколению, похеревшему Советский Союз, расплата за грехи молодости. Каким бы экстремальным ни было это высказывание, сама суть его, то, что касается эта реформа в первую очередь последнего советского поколения, людей до 1964 года рождения, верна. Тем, кто помоложе, старость не так страшна, а осознать дистанцию в лишних 5-8 лет не представляется возможным. У них же — действительно «отбирают пять лет жизни». Однако действительно ли все так плохо, как может показаться на первый взгляд? Высказаться по этой непростой теме мы попросили нашего постоянного автора, доцента СмолГУ, Михаила Тарасова.

Всё как всегда просто. Был советский человек. Он работал так себе, жил соответственно. Получал скромненькую зарплату, возделывал личный огород на даче. Когда он выходил на пенсию, сил у него оставалось еще с лихвой, а вот потребностей уже убывали — «лодки и молодки» в прошлом. Надевал такой советский человек майку и спортивные штаны и шел копать картошку. Можно еще сидеть с внуками — иногда. Пить с мужиками в гараже — иногда, но чаще. Голосовать за такую жизнь — редко, но всем коллективом.

А что? Чем плохо? Это и есть социализм — простая, скудноватая, но в принципе достойная жизнь для среднего человечка.

Теперь посмотрим на это с позиции советского правительства. Сейчас сквозь туман диссидентских предубеждений проявляется мысль: а ведь они в самом деле верили в социализм, считали долгом «заботиться о народе», что бы мы ни понимали под этим странным выражением... (Оно — это выражение — теперь как драгоценная ткань, вымазанная в дерьме...).

Так и платило советское правительство советскому человеку маленькую зарплату и маленькую пенсию, но делало это, как в церкви службу вело, — истово и со значением. А за это советский человек считал власть по сути дела своей и её поддерживал.

Кто может сказать, что нынешнее правительство интересуется мужиком с грядок и его бабой? Они — мужик и эти ребята — совсем, совсем разные. Чиновник из правительства даже подчеркнуто будет сторониться мужика с грядок, если, не дай бог, он сам из таких. Вот и получается, что мужик с грядок нынешнему правительству чужд.

Здесь, однако, не все так просто. А чужд ли он тому сложному феномену бытия, который именуется Россией. Сейчас кажется, что да, он ей не нужен, так как бесперспективен. По крайней мере, не особенно продуктивен.

Сейчас кажется, что главное для России — это молодые стартаперы, мужественные лейтенанты, готовые лихо отдать жизнь «за пацанов», «спортсмэны» и «спротсмэнки», борющиеся за медали для себя и для страны и т.д.

Несмотря на иронию, без которой я не могу об этом говорить, я тоже считаю, подобные социальные страты нужнее, их нужно выращивать, а мужик и его баба... Пусть они сами как-нибудь выживают. Не впервой.

Да, конечно, такая позиция антигуманна по отношению ко многим. Но... сто лет назад шла Гражданская война. Кто победил — вы знаете. Чего стоила та победа — тоже догадываетесь. Так может быть, победителей настигло возмездие? Цивилизованное, относительно мягкое, но возмездие? Ибо они чуть не погубили тот сложный феномен бытия, который именуется Россией... Почти совсем погубили...

Сам вижу: все это спекуляции...

Так что же делать? Вот маленький диалог в магазинчике, торгующем газетами. Пожилой мужчина с черными мазутными ногтями спрашивает у продавщицы (сама-то она явно успела выскочить на пенсию в 55 лет)... Так вот, спрашивает он у нее: «А мужики у нас сколько живут?» Говорит это с таким мхатовским надрывом... Она ему: «Пить надо меньше!». Он в ответ: «Ну, тут я соглааасен...».

Как обычно, глас народа — глас Божий. Если нас правительство не любит, так, может, нам самим стоит себя полюбить, прожить ему назло как можно дольше. Да не просто прожить, а со смыслом, наполненной, прости господи, творческой жизнью... Хотя это уж точно утопия...

«Соловьиная роща» стал соринкой в чужом глазу для мэра Соваренко

Евген Гаврилов

Придираясь к каждому объекту неплохого, в общем-то, парка, чиновники нахваливают рассыпающиеся в день открытия скверы.
6 ноября парк «Соловьиная роща» получил наконец долгожданное добро на открытие от городских властей. Шли к этому событию долго, сквозь митинги, петиции, громкие обещания, опасения быть обманутыми и многие тысячи листов бумаги, исписанных бюрократией во всей своей красе. Про причины задержки с открытием (которое обещали еще до Дня города провернуть) мы уже писали подробно и не раз, а потому напомним вкратце.Мэр города Владимир Соваренко еще весной регулярно отчитывался как н

...

Внутренний Ван Гог

Ричард Семашков

Анекдот в том, что ты должен делать всё с расчётом на успех. Не важно, что это — музыка, публицистика, кино, картинки или паблик ВКонтакте.
Ты, конечно, читал биографию Ван Гога; или книгу его брата Тео; или смотрел один из фильмов про него; узнавал в школе биографии великих композиторов и знаешь, что Цой был кочегаром, но всё это не прибавляет оптимизма, потому что весь окружающий социум говорит тебе о том, что если твой продукт не пользуется популярностью, то он плохой.Если то, что ты делаешь, не понравилось широкой аудитории, или ты к ней не пробился в великий век интернета, то ты просто делаешь говно и тебе надо пер

...
КОММЕНТАРИЙ ДНЯ

На весь город два общественных туалета и ВСЁ!

Владимир Василевский
Новости партнеров


наверх