СКР обнародовал данные о пытках в СИЗО и колониях над заключенными

Юлия Лосихина
Правоохранительная система в большинстве случаев игнорирует сообщения о пытках

В России на каждые 44 преступления в местах заключения приходится всего лишь одно уголовное дело, а в отдельных регионах из сотни случаев ни один не доходит до следователей.СКР впервые раскрыл данные о пытках со стороны работников колонии.

Как сообщило издание РБК со ссылкой на Следственный комитет, за четыре года с 2015 по 2018 годы включительно жалоб на насилие в местах заключения поступило около 6,5 тысячи, при этом самым «урожайным» оказался 2018 год. Из всего этого количества заявлений было возбуждено уголовных дел только 27, 31 и 30 на каждый год соответственно. За 2018 год — 60 дел. Речь идет о делах, возбужденных по ч. 3 ст. 286 УК (превышение полномочий с применением насилия, оружия, спецсредств или причинением тяжких последствий) против сотрудников ФСИН.

При этом самыми неблагоприятными регионами с огромным разрывом между поданными жалобами и возбужденными по ним уголовным делам стали Свердловская, Брянская, Кемеровская области, Пермский край и Мордовия. В Иркутской области и вовсе ни одна жалоба не получила уголовного расследования. То же самое происходит в Омской и Новосибирской областях — в этих регионах число жалоб достигало нескольких десятков, но ни одного расследования не получило.

«Все преступления, связанные с сотрудниками правоохранительных органов, отличаются высочайшим порогом доказывания. Даже фото- или видеофиксации пыток бывает недостаточно», — подтвердила изданию консультант проекта, руководитель исследовательских программ фонда «Общественный вердикт» Асмик Новикова.

Эксперт считает, что снизить уровень насилия в МЛС поможет «ликвидация монополии тюрем на доказательства», другими словами, необходимо вывести хранение видеоматериалов, свидетельствующих о насилии, за пределы колоний. Также нужно ввести ответственность служащих за порчу или отсутствие видео. Кроме того, Новикова предлагает ввести отдельную уголовную статью «Пытка», которая применялась бы в отношении правоохранителей, превысивших свои полномочии.

Использованы материалы следующих авторов:

«К вашему дедушке никто не подходит, он уже давно покойник»: что происходит за кулисами главного коронавирусного госпиталя Смоленска?

Мария Язикова

Медикам некогда не то, что лечить пациентов, но и сообщать об их смертях родным.
Клиническая больница №1, что в Смоленске на улице Фрунзе, приковала к себе внимание жителей всего региона, став передовой в борьбе с пандемией коронавируса. На медиков легла дополнительная нагрузка: лечить сотни заражённых пациентов приходится в условиях, когда даже вакцины от болезни ещё нет. В такой ситуации госпитализация в инфекционное отделение стала восприниматься смолянами как отправка в последний путь, причем как для инфицированных COVID-19, так и для страдающих от других недугов. Поч

...

«Мы не имеем права подвести нашу девочку и людей, которым она помогает»

Анна Бахошко

Родственники победившей смерть смолянки рассказали о больших победах и огромных трудностях.
Оля Самулеенкова попала в трудную жизненную ситуацию — так пишут добропочтенные слуги народа в своих бесчисленных отказах помочь. В переводе же с чиновничьего диалекта русского языка на человеческий девушка попала в самый настоящий ад: вот уже три года молодая смолянка парализована после жуткой аварии. Сначала медики называли Олю живым трупом, овощем, обузой — как угодно, только не человеком, шансы вывести ее из вегетативного состояния были равны практически нулю. Во

...


наверх