В Подмосковье, нарушая карантин, закрыли единственный хоспис на несколько районов

Ольга Хамицкая
Мама Юрия

Истории

Вместо обреченных стариков тут будут лежать коронавирусные пациенты

Пока власти вводят по стране режим самоизоляции и рекомендуют всем своим гражданам старше 65 лет сидеть дома, меньше чем в 30 км от столицы, в Нахабино, выписывают обреченных стариков из хосписного отделения городской больницы. Выписывают в никуда. Без альтернатив и права выбора, нарушая обязательный карантин, который ввел Минздрав еще 17 марта. Через несколько дней сюда уже завезут коронавирусных пациентов.

Остаться в живых

— Много стариков осталось, в палате с нами Зина лежит, ее дочка привезла сюда. Медсестры рассказывали, что она просто выключила телефон, а потом и номера сменила. Два года Зина с мамой лежала, — второпях по дороге к зеленому профнастильному забору больницы рассказывает Юрий.

Его мама не встает, не понимает где и с кем находится, вдобавок к этому, как и у большинства пожилых людей, у нее множество хронических заболеваний. Несколько лет назад врачи рекомендовали воспользоваться возможностями местного хосписа, где бы женщина оставалась под круглосуточным наблюдением.

Хоспис в Нахабино — уникален, единственный на два-три района. Здесь находится и приемное, и паллиативное отделения для тяжелобольных. Забирают к себе в основном местных по прописке. Зато бесплатно.

На прошлой неделе Юрию позвонили из отделения, где лежит его мама. В срочном порядке попросили забрать ее из больницы. На вопрос «куда?» пояснили, что сами понятия не имеют — может, домой, а может, в какой другой платный хоспис. Паллиативная помощь обреченным старикам заменяется обсервативным отделением для коронавирусных больных. На все приготовления дали 12 часов.

— Прихожу, врачи сами толком ничего не знают. Все такие перепуганные, понять ничего не могут. Всех бабушек, дедушек забирают кто куда. Ужас! Никто не понимал, куда заберут одиноких стариков. Говорили: «Не иначе как на свалку повезут: никто кроме нас их не возьмет!» — торопливо говорит мужчина, размахивая руками от возмущения. — При этом карантин ввели еще с 17 марта, а значит, никто не имел права выписывать больных. Да что я говорю? Вон видите объявление?

Заложники

Двухэтажному зданию хосписа не так давно стукнуло 95 лет. Работники уверяют, что это только внешне он приглядный, а вот внутри давно уже нуждается в капитальном ремонте. Хорошо, что на медоборудование жаловаться не приходится: специальные кровати для тяжелобольных приобрели больше года назад, когда Владимир Путин обратил свое внимание на качество оказания паллиативной помощи. А начиная с 2019 года президент распорядился ежегодно выделять из федерального бюджета по 5 млрд рублей. Помощь своевременная, и многие хосписы буквально ожили.

— Знаете, это же настоящая беда! Закрывают единственное паллиативное отделение на два района. Сегодня дедушка шел капаться, вот еле-еле, а пришлось его развернуть. Принять и впустить не можем, — возмущенно рассказывает работница больницы, которая просила об анонимности. — А сколько таких, представляете? Это катастрофа, ни прокапаться людям, ни уколы сделать, ничего нельзя. Куда им в Красногорск ехать? Он сюда еле добрался. Нет больше ничего ...

В среднем хоспис может принять около 50 человек. Первый этаж обустроен как паллиативное отделение в основном для лежачих пациентов и тех, кто совсем не может о себе позаботиться. Второй — дневной стационар, то есть у пожилых людей есть возможность делать капельницы и уколы.

— Основная масса — первый этаж, где у нас старики лежали: те, которые не ходячие, и те, кто умирает. Так к нам часть привозили с четвертой стадией онкологии, у них уже «последний путь» был и кроме нас их никто не брал, — рассказывает женщина, опуская после фразы глаза. — Вот буквально на днях они приехали, у мужчины четвертая стадия... Их развернули. Спрашивают: «А где нас примут?». А нигде их не примут. В платном если только...

— Платные непонятно вообще, как работают, — поясняет Юрий, не дав закончить собеседнице, - у меня еще и тетя в таком лежит. Знаете, они больше на пансионат похожи, точнее на дом престарелых. С помощью, которую оказывали здесь, это не сравнится. Там просто доктор ходит, давление померит и все. Если что, они вызывают скорую, а тут круглосуточное наблюдение врача и медсестер.

— Осталось 9 человек, куда их девать, непонятно. Там бомжи лежат, кто их возьмет? Вон Зина та же, что в палате, кому нужна? Никому, — женщина снова делает паузу, будто бы набирается сил. - А есть еще вторая бабушка, у нее племянник все время, сколько мог, столько ходил. Тут нечасто к кому-то кто-то приходит, мы всех знаем в лицо, понимаете? Так вот сейчас забирать отказывается. Денег нет. Платить за платный хоспис нечем. Да и какие у нас тут зарплаты, мало кто сможет 40-50 тысяч отдавать. Вот и он не потянет.

— Это вот мне повезло, понимаете? Отец до этого лежачий был, так вот и осталось от него: противопролежневый матрас, там часть всяких полезных приспособлений. А инъекции как делать, уколы? Опять-таки у меня есть небольшой опыт, но старикам боюсь ставить укол — вены дряблые, почти их не видно. Скорая раз-два приедет, потом возраст узнают и не особо спешат, мол, что мы можем сделать? Возраст... — на несколько секунд Юрий замолкает.

А у меня в голове всплывает монотонный мужской голос из метрополитена, который повторяет: «Поберегите ваших близких... лицам старше 65 лет запрещено выходить из дома... поберегите ваших близких».

Фальстарт: как подготовиться к коронавирусу

Зайти в сам хоспис не удается: все еще держится «фиктивный» карантин, да и пост охраны никак не пройти. Персонал в отделениях, конечно же, оставляют. Пока никакого письменного приказа о перепрофилировании самого отделения не было, однако весь медицинский персонал буквально за сутки прошел курсы повышения квалификации на выявление коронавирусной инфекции. При успешном их завершении каждый работник получает соответствующий сертификат, с ним он имеет все основания диагностировать и лечить COVID-19.

Проблема хосписа в Нахабино в том, что само здание совершенно не приспособлено для обсервативного отделения. Напомню, что обсервация применяется к лицам, приехавшим или выезжающим с территории, на которую наложен карантин. Контактировавшие с больными и лица с подозрением на заболевание наблюдаются при обсервации в течение одного максимального инкубационного периода, в случае с СOVID-19 — от 4 до 14 дней.

То есть в отделение приезжают внешне здоровые люди, но за это время могут проявиться первые признаки заражения. Тогда вся больница вместе со всем медперсоналом обязана закрыться и уйти на 14-дневный карантин. Ни санитарок, ни охранников, ни самих медиков выпускать из стен 95-летнего здания нельзя. Большая часть персонала немолода, а значит, сама находится в группе риска.

— На все наши возражения отвечают: «Не нравится? Увольняйтесь!». А куда мы пойдем? Санитарочки куда пойдут? Если переведут на режим инфекционки, то врачам придется жить вместе с больными, — сокрушаясь и слегка взволнованно говорит собеседница. — В таких же 4-х и 6-местных палатах, вместе с больными. Отдельного помещения нет. У нас старенькое здание. Боксов тоже нет, хотя каждый пациент с подозрением на коронавирус должен находиться отдельно ото всех! Да о чем я говорю? У нас на все учреждение три туалета! Два — на верхнем этаже, еще один — на первом. Все! Тут проще все снести, построить заново! Но зачем? Когда есть прекрасная инфекционка у нас на районе. Никто не понимает, зачем у обреченных стариков отбирать хоспис?

В здании больницы не предусмотрено отделение для реанимации, нет в штате и самого реаниматолога. Пожилым пациентам вызывали скорую помощь, при коронавирусе это невозможно. Машина спасателей не сможет даже попасть на территорию учреждения. Пока четырехместные палаты без аппаратов ИВЛ, их нет во всей больнице. Но если с техникой еще более-менее понятно, ее можно завезти, то что делать с вентиляцией и утилизацией опасных отходов — совсем непонятно.

По документам хоспис относится к Красногорской городской больнице № 2, в которой уже есть целое инфекционное отделение. Его также обязали подготовиться к приему коронавирусных больных, и это оправданно, ведь априори условия там намного лучше. Зачем же тогда нужно избавляться от хосписа? Все просто — это койко-места, именно те, которых не хватает губернатору Подмосковья Андрею Воробьеву, дабы выполнить распоряжение оперштаба по коронавирусу. Есть вероятность, что качество не играет здесь главной роли, а главное — количество, которое уйдет в сухую статистику отчетов чиновников.

Сегодня же в обращении Владимира Путина продлили самоизоляцию вплоть до 30 апреля, при этом президент подчеркнул, что каждый губернатор ведет борьбу с эпидемией самостоятельно. А значит и лично отвечает за свой регион.

Сейчас в условиях эпидемии все экраны столицы смотрят на людей из метро и рекламных биллбордов с одним единственным посланием «Мы бережем стариков! Люди старше 65 лет не выходите на улицу!». Но это теория, конечно. На практике — всех бабушек Нюр, Маш и Глаш из хосписа выписывают. А поставить простейшую капельницу пенсионеру не приедет ни мобильная паллиативная помощь, ни даже скорая.

Особенно если это не центр столицы.

Использованы материалы следующих авторов:

«Одна медсестра в коме, а масок так и нет»: смоленская больница стала источником распространения коронавируса на целый район

Мария Язикова

Коллеги заражённых медиков уверены, всему виной наплевательское отношение руководства к элементарным правилам безопасности.
В «коронавирусной сводке» Смоленской области первые заражённые из Рославльского района мелькнули 9 апреля. А к сегодняшнему дню, 2 июня, число выявленных ковид-положительных рославльчан подскочило до 136. Но речь пойдёт не о скорости распространения заразы, а о людях, которые пытаются сдерживать натиск пандемии, медиках местной ЦРБ, и об условиях, в которых им пришлось бороться за жизни пациентов — чуть ли не ценой собственных. Спойлер: условия оказались такими, что в настоящий момент одна из

...

Туда без обратно

Анна Бахошко

Непридуманная история знакомства смоленского бизнесмена с бомжом, которая переросла в дружбу. И предательство.
В горящем пакете потрескивают грязно-серые штаны и подобие куртки. За тлением жалкого кулька пристально наблюдает нестарый ещё мужчина со свалявшимися волосами и израненными холодом руками. Неуклюже лавируя между ухмылкой и скорбной гримасой, он размазывает по влажным щекам притаившуюся в морщинах грязь. Он сжигает своё прошлое.Несвятой ВалентинЕщё совсем недавно Валентин был бомжом. Он оказался на улице 20 ноября

...
Подписаться
Новости партнеров


наверх