Мать-одиночка из Казани несколько лет бьется за жильё для тяжелобольного сына

Кристина Слободчикова
“Сначала дожидались, когда не станет мамы, а теперь ждут, когда не станет Ильдара”

Уже более двух лет Лилия Гисматуллина — мать-одиночка из Казани, пытается добиться предоставления квартиры её тяжелобольному сыну. Но местные власти упорно отказываются давать бедным людям то, что им положено по закону: не получить не то что квартиру, но и даже субсидию.

Ильдар Гисматуллин родился с тяжёлым диагнозом, у него энцефалотригеминальный ангиоматоз или синдром Штурге-Вебера. Болезнь проявляет себя в виде неоперабельной опухоли сосудов головного мозга и сопутствующих левостороннего гемипареза, оперированной глаукомы, интеллектуальной недостаточности и локализованной симптоматической эпилепсии. Врачи предупредили мать, что ее единственный сын не проживёт больше года и посоветовали оставить ребёнка в роддоме, но об этом не шло и речи. Ильдар выжил, сейчас ему 15.

Отец новорожденного мальчика такой самоотверженностью не отличился, поэтому, узнав о диагнозе сына, тут же ушёл из семьи. Мать осталась один на один со своим горем.

«Я долго не могла смириться с этой ситуацией, но как только приняла её, научилась с этим жить. Бывает, что я плачу, но стараюсь не унывать. Уныние — тяжкий грех», — делится с RT воспоминаниями Гисматуллина.

С полуторамесячного возраста Ильдар на постоянной основе наблюдается в стационаре неврологического отделения Детской республиканской клинической больницы Министерства здравоохранения Республики Татарстан. До 6-ти лет он часто переживал сильнейшие приступы эпилепсии, «реанимация» почти стала ребёнку родным домом. Сейчас два раза в год мать и сын ложатся в больницу, а затем на 21 день в хоспис, но это при хорошем раскладе. Иногда в медучреждениях приходится бывать чаще.

Несмотря на тяжкую болезнь, Ильдар хорошо учится, участвует в различных конкурсах и даже занимает в них призовые места. Кроме того, мальчик носит звание «Ребёнок доброй воли», так как помогает своему хоспису. Иногда он сталкивается с жестокостью окружающих, но мама учила его не обращать на это внимания.

«Я не прошу хоромы в центре города»

Людям с таким диагнозом, как у Ильдара, во время приступов необходимы покой и тишина. Лилия говорит:

«Когда он болеет, в комнате никто не должен находиться. Он закрывает голову руками и целыми днями спит. Отказывается от еды, его рвёт. Всё это очень тяжело проходит».

Но необходимых условий в квартире Гисматуллиных добиться невозможно, потому что, помимо матери и сына, там прописаны бабушка мальчика, тётя и старший двоюродный брат. В «двушке» приходится ютиться вчетвером: в одной комнате Лилия и Ильдар, в другой — сестра Лилии с сыном.

По законодательству, больному ребенку положено отдельное жилье. В 2018 году Гисматуллина впервые подала документы на улучшение жилищных условий, но чиновники в постановке на учёт ей отказали, ссылаясь на местные законы.

В конце июня у матери Лилии диагностировали рак печени в 4 стадии, и семье стало совсем невыносимо. Нервные потрясения от вида мучений умирающей бабушки вызывали у Ильдара всё новые и новые приступы, медлить было нельзя. Гисматуллина снова обратилась за жильём и снова ей было отказано. Причина: семья не нуждается в улучшении жилищных условий, так как на каждого члена имеется 14,27 кв.метра, что больше, чем установленные 12.

Через несколько дней после второго отказа мать Лилии умерла, и женщина подала в суд. Гисматуллиной отказали в 3-й раз, причина та же — вам не положено. Данное решение опротестовал прокурор Вахитовского района города Казани, и 27 августа 2019 года Ильдара приняли на учёт.

Местным властям требования прокуратуры были «до лампочки», давать несчастной семье квартиру они снова отказались. Лилия возмущается:

«Они обманывают, издеваются и затягивают сроки, подвергая опасности моего ребёнка. Сначала дожидались, когда не станет мамы, а теперь ждут, когда не станет Ильдара. Как говорится, нет тела — нет дела. Но мы собираемся очень долго жить. Долго и счастливо».

В феврале прокурор подал в суд на местный исполком. На заседании было принято следующее решение:

«Право на обеспечение жильём инвалида может быть реализовано только посредством получения субсидии».

Субсидию должен предоставить Минтруд Республики Татарстан. Туда обратились RT, но в ответ их отправили в «соответствующий муниципалитет», а Минтруд РТ назначает субсидии только малоимущим гражданам. В местной администрации у семьи стали требовать справку о доходах, но Лилия говорит, что их нельзя считать малоимущими, так как они вдвоём с сыном живут на 25 тысяч рублей.

«Я бы хотела задать вопрос мэру нашего города или президенту республики: почему наши дети лишаются права на получение защиты от государства? Не знаешь, к кому обращаться, кто защитит. Я не прошу хоромы в центре города. Я прошу выдать моему тяжелобольному ребёнку то, что предписано законом».

Эксперты утверждают, что решение Верховного суда незаконно и в данный момент проверяется. Также Гисматуллина сообщает, что обращалась за помощью к экс-депутату Госдумы Александру Седякину и к зампреду комитета ГД по вопросам семьи, женщин и детей Оксане Пушкиной. Они не раз направляли запросы в прокуратуру в интересах Ильдара. Лилия находится на грани отчаяния.

В Смоленск для соревнований приплыли корабли со всей России

Евген Гаврилов

Их еще можно застать на одном из водоемов.
Санкт-Петербург, Новороссийск, Владивосток, Калининград — города-порты России, где жители привыкли видеть на горизонте величественные громады боевых кораблей. Где даже рестораны и ночные клубы устраивают на палубах бывших фрегатов и корветов. Смоленск — хоть и стоит на реке, но давно уже не судоходен. Даже речной трамвай «Смоляночка» вот уже несколько лет как прекратил свои рейсы вдоль набережной. Но это не помешало 24 сентября на водной глади одного из наших водоемов засверк

...

«К вашему дедушке никто не подходит, он уже давно покойник»: что происходит за кулисами главного коронавирусного госпиталя Смоленска?

Мария Язикова

Медикам некогда не то, что лечить пациентов, но и сообщать об их смертях родным.
Клиническая больница №1, что в Смоленске на улице Фрунзе, приковала к себе внимание жителей всего региона, став передовой в борьбе с пандемией коронавируса. На медиков легла дополнительная нагрузка: лечить сотни заражённых пациентов приходится в условиях, когда даже вакцины от болезни ещё нет. В такой ситуации госпитализация в инфекционное отделение стала восприниматься смолянами как отправка в последний путь, причем как для инфицированных COVID-19, так и для страдающих от других недугов. Поч

...
Подписаться
Новости партнеров


наверх